Category: здоровье

Category was added automatically. Read all entries about "здоровье".

r.c.

Карантинный дыбр

Как снова нас заперли, так жизнь стала крутиться по одному кругу.

Встать, кофе, поработать.
Глядь - темно! Пробежать кружок почёта в разрешенном радиусе километра по отработанному ещё в весенний карантин маршруту
(несколько посольств, китайская пагода и чарущая своим названием улица Коперника; на фото - не часть маршрута, уже нарушение, никому не говорите!); запить холодным пивом для баланса.

Нарезать грудку, обжарить на сильном огне с лисичками, откинуть; на средней температуре потушить крупно нарезанный лук с карри пастой; вернуть кур и лис в сковороду, залить кокосовым молоком и тушить до загустения.

Употребить с рисовой лапшой и бургундским (но рислинг тоже подойдёт).

Так некоторое время, с божьей помощью, можно протянуть.С тыквой тоже надо что-то придумать, интересно, можно ли её с лисичками? (случайно чуть ли не кило их купил, буду ими питаться ещё неделю минимум)

r.c.

Памятный день

Последние несколько дней погода идеальная: воздух прохладен, но солнце ярко светит - в первой половине дня можно даже загорать под открытым окном. После обеда же солнце светит на противоположную сторону улицы.

Волшебный момент в середине дня: дома на той стороне ещё затенены, свет падает ровно сбоку; поднимается сильный ветер, воздух наполняется похожими на бабочек семенами вяза, они сверкают в боковых лучах. На углу стоит человек с замотанной шарфом головой и лицом, он ворошит сухую лужу приземлившихся семян, они шелестят совсем как дождь. Слышны крики попугаев - их тут уже целых пятеро, они то носятся по авеню, то оккупируют одно из ближайших к моему окну деревьев, клюют не успевшие улететь семена. Голуби настолько обнаглели, что переходят четырехполосную дорогу пешком.

Вчера, 14-го апреля, было ровно полгода как я живу в Париже. Последний месяц - в режиме карантина; последние две недели - в принудительном отпуске (к счастью, оплачиваемом). Поначалу напоминавший домашний арест, режим изоляции не так уже плох, если войти в ритм:
- просыпаться не позже половины одиннадцатого, чтобы не пропустить солнце
- завтракать под что-нибудь остросюжетное блинами (которые я только сейчас научился печь) с малосольным лососем (который наконец можно покупать на местном рынке, до карантина вечно не успевал дойти)
- чем-нибудь позаниматься (успел отшкурить и покрыть лаком два стола - жаль, что больше нет в квартире ни лака, ни столов)
- на закате совершать пробежку (дневные пробежки с некоторых пор запрещены, а вставать утром ради этого я не готов)
- ужинать под кино поспокойней, часок читать или играть, отправляться спать не позже часа ночи
- видео-аперетив по пятницам и поход (не говорите Макрону!) в гости по субботам.
Во всём этом меня больше всего беспокоит как же из такого режима потом выходить, потому что пока что получается уж слишком приятно, затягивает, дни пролетают гладко и незаметно.


(вечерний вид на ту сторону улицы)

Будущее неясно, но раз уж выдался такой перерыв - то надо его хоть с каким-то толком использовать и попробовать зафиксировать самые яркие моменты прошлого. За последние полгода я успел:
- стать свидетелем ограбления;
- месяц прожить у самой Башни Эйфеля;
- найти квартиру и стать жертвой ограбления;
- встретить друзей, которых я не видел 5, 7 и 17 (!) лет назад, но которые оказались теперь парижанами;
- завести новых друзей, в том числе марокканку-кокаинистку пекущую отличные пирожки и француза-русофила с дачей и баней;
- обойти почти весь город пешком: всю набережную от Булони до Аустерлицкого вокзала, с севера на юг от Порт Клиньянкур и Сакрекера до Монпарнаса; а уж пройти пешком от Марэ до Арки я теперь и вовсе могу в любом совершенно состоянии;
- месяц просидеть дома из-за забастовок и месяц в карантине (спасибо судьбе за хороший вид из окна).

Но сначала нужно написать про книги!
r.c.

Карантин

Париж уже три дня закрыт на карантин. Чтобы хоть чуть дышать свежим воздухом, приходится притворяться бегуном. В восемь утра авеню Елисейских Полей выглядит так:



Ф.С.Фицжеральд в 1920 году по сходному поводу (испанка) писал*:

Дорогая Розмари!

День выдался текучим и безотрадным, словно подвешенным к небу в сетке. Спасибо тебе, что написала. Я вижу, как перед окнами карусель опавших листьев кружит вокруг мусорной урны. Это похоже на джаз по звуку. Пустые улицы. Как будто почти все горожане скрылись в своих квартирах, и небеспричинно. Сейчас кажется модным избегать общественных мест. Даже баров, о чём я сказал Хемингуэю, за что он толкнул меня в живот. В ответ я спросил его, мыл ли он руки. Он их не мыл. И даже не думал отпираться. Он считает, что это обычный грипп. Интересно, кто ему такое сказал.

Администрация предупредила всех, что надо на месяц запастись необходимым. Мы с Зельдой купили красного вина, виски, рома, вермута, абсента, белого вина, хереса, джина и, упаси господи, бренди, если понадобится. Прошу, молись за нас.

Видела бы ты площадь, выглядит жутко. Я в ужасе от чёртовых возможностей, которые несет такое будущее. Длинный день медленно катится вперёд под виски с содовой, который всё больше похож на воду. Зельда говорит, что это не даёт повода пить, но перо по-другому в руках не держится. В задумчивости сидя на веранде, я наблюдаю за далёкой линией горизонта, скрытой в мутной дымке, и будто различаю неотступную кару, которая уже давно движется в нашу сторону. И всё же в щербатом очертании закатных облаков замечаю одну-единственную полоску света, которая заставляет меня верить, что настанет лучшее завтра.

(*-или не писал, потому что Хемингуэй и Фицжеральд познакомились только в 1925-м; но текст всё равно хорош)

Лучше описать мои сегодняшние чувства, наверное, никак не выйдет. Вдобавок, у меня нет ни Хемингуэя рядом, ни Зельды в переписке, ни горизонта в мутной дымке. Но есть три бутылки джина и ящик консервов.

Сегодня в ровно в восемь вечера вся улица открыла окна и хлопала в ладоши, даже снобы через дорогу. Это было очень трогательно!
r.c.

30 апреля

Хочу поздравить с наступающим днём рождения моего хорошего друга и просто славного парня - Вустера.
Вустеру будет год! Расти, Вустер, здоровым и весёлым. Что бы ни было весельем в твоём представлении.